ДОСТАВКА ГРУЗОВ
ПО РОССИИ

«Такой край, что уже не могу». Страшная авария забрала у перевозчика машины и здоровье

Владелец четырех грузовиков Дмитрий Казаков попал в серьёзное ДТП и стал инвалидом. Он не опустил руки и начал работать диспетчером, но сегодня обстоятельства складываются против мужчины.

О бедственном положении, в котором оказался участник «АвтоТрансИнфо», работающий на бирже более 10 лет, нам рассказал один из его контрагентов. Мы связались с Дмитрием Казаковым и узнали его историю. 

О работе в грузоперевозках

В середине нулевых я работал управляющим шиномонтажкой в Москве. К нам часто приезжали клиенты на «Газелях» и других грузовых автомобилях. От них я узнал об АТИ: начал заглядывать на сайт, интересоваться грузоперевозками.

В 2007 году моя точка разорилась. Я купил старый Transit, зарегистрировался на АТИ и начал работать, подыскивая грузы на сайте. Сперва катался по Москве, затем стал ездить в Петербург.

Дела шли на лад; я решил расширить парк и купил еще один Transit, нанял водителя. Следующей машиной стал пятитонник, Iveco Eurocargo с гидробортом. Потом купил еще одну машину.

Фото из личного архива Дмитрия. 

Сам я ездил на Iveco, и чтобы работать без задержек, взял напарника, своего сверстника, опытного водителя с 17 годами стажа и правами всех категорий. Мы начали ездить вместе; я крутился по Москве и Питеру, так как отлично знал оба города, а он перегонял машину от Тосно до Солнечногорска и обратно. Так и менялись: днём он отдыхает в спальнике, а я еду, ночью наоборот.

О роковом ДТП

10 июля 2015 года мы загрузились в Питере и выехали на Москву. На подъездах к Тосно дорога хорошая, прямая, двухполосная. Я ехал на пассажирском сидении, напарник сидел за рулем. Работала рация, играла музыка, окно было приоткрыто, мы грызли семечки – обычная рабочая атмосфера.

На обочине стояла сломавшаяся фура с белорусскими номерами. Всё как положено: аварийка моргает, знак выставлен, водитель по рации предупреждает коллег, чтобы были аккуратнее. Но полностью фура на обочине не поместилась, какая-то её часть выступала на дорогу. А ехали мы как раз по крайней правой полосе.

То ли мой напарник уснул, то ли просто зазевался – прямо в эту фуру он и вошел пассажирской стороной. 

Наша машина была загружена, пять тонн за спиной, и скорость около 80 километров в час – сила удара была внушительной.

Правая рука у меня оторвалась практически сразу – её потом даже не нашли, так бы, возможно, как-то восстановили бы. Я вывалился на капот через лобовое стекло, и меня начало затягивать вниз, под двигавшуюся машину. Как-то держался левой рукой до тех пор, пока она не остановилась.

Фото из личного архива Дмитрия. 

О последствиях аварии

Прибывшие врачи отвезли меня в Тосненскую больницу. Думали, что не выживу и даже отключили от аппарата ИВЛ. Жена, как только узнала о ДТП, сразу же помчалась в Питер. Когда врачи узнали, что она скоро приедет, то подошли ко мне еще раз, увидели, что я подаю признаки жизни и всё-таки включили ИВЛ.

У меня диагностировали множественные травмы: пополам разбитый таз, вывих бедра, повреждение седалищного нерва. В Тосно со мной ничего не могли сделать, и вскоре меня перевели в Елизаветинскую больницу. Там меня начали лечить – делали операции. В Елизаветинской больнице я провел 4 месяца.

После этого меня выписали домой. Я где-то месяц походил с костылями и опять попал в больницу с переломом бедра. Несколько месяцев провел, лежа на спине и на боку – ждал квоты на операцию. Мне полностью заменили тазобедренный сустав, а кроме того, заменили железки, которые установили в Елизаветинской больнице. Оказалось, один из винтов проткнул седалищный нерв, поэтому правая нога у меня теперь не поднимается.

О долгах и мошенниках

Машины я покупал в кредит. Банки стали требовать свое, а в некоторых договорах были указаны поручители, люди, которые здесь не причем. Общая сумма задолженности сегодня – около миллиона рублей. 

По некоторым договорам удалось заключить мировые соглашения, а другие банки обратились в суд и взыскивают деньги. Приставы арестовали все мои счета.

Я попытался продать свои машины, но сделать это без личного присутствия оказалось непросто. Старенький Transit отдал сыну. Iveco, которая участвовала в ДТП, год простояла на стоянке и была продана на разборку. А еще две машины я продал в рассрочку – в обоих случаях продавцы исчезли, выплатив менее половины суммы.

Напарник, который сидел за рулём во время ДТП, как сквозь землю провалился. Ни разу не позвонил, не спросил, как дела. Суд признал его виновным в аварии и взыскал в мою пользу 500 тысяч рублей. Но что такое 500 тысяч, если одна только машина стоила больше? Разумеется, на то, чтобы расплатиться с кредиторами этих денег не хватило. 

О здоровье

Раньше, когда у меня были свои машины, обязанности диспетчера выполняла моя супруга. Работа это неблагодарная: попробуй, найди на 4 машины загрузки! Сидеть за компьютером ей приходилось с утра до вечера. Сейчас она отошла от дел, потому что ухаживает за мной.

Сам я могу дойти только до кухни и до туалета. Из-за этого я набрал лишний вес и вешу сейчас 110 килограмм. Человек ведь должен двигаться, а я двигаться не могу. Получается замкнутый круг. На фоне этого начал расти сахар – уже десять единиц. Из-за сахара появились проблемы со зрением; левый глаз стал гораздо хуже видеть после ДТП, а сейчас сдаёт и правый. Я лежу напротив компьютера и то, что происходит на мониторе, кое-как вижу, но телефоном и планшетом пользоваться уже практически не могу. 

По состоянию здоровья меня признали инвалидом второй категории и назначили пенсию – около 10 тысяч рублей. Но половину из неё забирают приставы. 

О возвращении в грузоперевозки

С начала 2017 года я начал пытаться работать на АТИ в качестве диспетчера.

Работал я уже не со своими машинами, а с другими перевозчиками. Постепенно появились клиенты, хоть их и нельзя назвать постоянными: ничего постоянного сейчас нет. Грузы прилетали в основном от мебельных компаний. С двух машин я зарабатывал 15-18 тысяч рублей в месяц, эти деньги отдавал приставам на оплату задолженности.

Но в последнее время заказов нет вообще. Мебель подорожала, покупательная способность у населения снизилась, люди работают, в основном, на «Пятерочку» и «Магнит». 

Две фуры у меня стоят в Ростове, и второй месяц я не могу найти на них загрузки. Предлагают 40 тысяч до Москвы – разве это деньги? Разве будут водители работать за миску супа?

Что делать дальше – не знаю. Думал о банкротстве, но это не выход: тогда банки начнут требовать деньги с поручителей. Такой край настал, что не могу вообще…

*   *   *

О событиях, произошедших с Дмитрием, мы узнали от одного из его контрагентов, обратившихся к нам с просьбой осветить сложившуюся ситуацию. Узнав подробности из первых рук и убедившись в том, что участник АТИ с более чем 10-летней положительной историей действительно оказался в крайне тяжелом положении, мы решили подготовить и опубликовать этот материал. 

В редакцию также поступили фотографии, сделанные во время лечения и свидетельствующие о серьезном характере полученных Дмитрием травм. 

Внимание! Фотографии открывать с осторожностью. 

Фото 1
Фото 2
Фото 3 

Если члены профессионального сообщества решат как-либо поддержать своего коллегу, они могут воспользоваться контактной информацией, указанной в паспорте Дмитрия Казакова или реквизитами его пасынка, Дмитрия Полетаева. Связь Дмитрия с ИП «Полетаев Д.В.» подтверждена, сведения об этом также содержатся в паспорте участника АТИ. 

Карта Сбербанка: 4276 1000 1464 1580
Дмитрий Владимирович Полетаев

ИП «Полетаев Д.В.»
Юр. и почт. адр: 601784
Владимирская обл. г. Кольчугино
Ул. Луговая дом 3, кв. 6
ИНН: 330646272969
ОГРН: 319332800032190
Банк: Владимирское отд.
№8611 ПАО СБЕРБАНК
Р/С: 40802810510000015595
К/С: 30101810000000000602
БИК: 041708602

Материал взят с сайта news.ati.su